«Развал будет, пока не воцарится наш язык»

— У меня есть несколько вещей написанных в этом жанре. Это сценарий «Сто тысяч за любовь», который получил в 2000 году первую премию в «Коронации слова». В нем говорится о том, как один парень за большие деньги соглашается влюбить в себя молодую художницу, не зная, что она живет в сумасшедшем доме и движется только в инвалидной коляске. На этом построена история. Насколько мне известно, скоро будет отпечатана книга с лучшими сценариями конкурса «Коронация слова», где будет и мой «Сто тысяч за любовь». Есть еще один очень интересный эротический детектив, который, убежден, имел бы большой успех у зрителей. На первый взгляд, эти сценарии, как говорят, для кассового кино, то есть рассчитанные на массового зрителя, но они имеют в себе подтексты, подводные течения, которые наполняют их содержанием …

— Что стимулирует ваше творчество?

— Беспечность. Пишется хорошо тогда, когда председатель освобождена от проблем. Дождь стимулирует творчество, он успокаивает: никуда не надо спешить, никого не надо ждать в гости. Для творчества очень важный душевный покой, отсутствие забот, переживаний. Хорошо думается, когда еду в автобусе. Тебя везут, ничего от тебя не зависит, душа спокойна и тиха. Я в автобусах и маршрутках надумал много сюжетов для своих рассказов и сценариев.

Но бывают моменты, когда долгое время кто-то просто мешает, не дает работать. Это могут буди знакомые, друзья, родные. У меня на этот счет существует предел, потом я становлюсь нетерпимым и жестоким. Я это свое состояние называю «синдром кукушонка». У маленького кукушонка, как только оно вылупится из яйца, кожа очень нежная, ему больно от любого прикосновения и молодого заходжуеться выталкивать из гнезда все: и детей той птицы, которая высидела его, и яйца, из которых еще не вылупились птенцы , и даже камешек, если его подбросить в гнездо. Кукушонок делает это до тех пор, пока не остается в одиночестве. Нечто подобное происходит со мной, когда мне долго не дают уединиться и сесть за стол. Мне тогда начинает болеть, и я становлюсь злым и февралем! Мои родные этот «синдром кукушонка» уже хорошо изучили и с первых его симптомами пытаются сами отойти, чтобы не касаться моей болезненной «кожи».