Скажем себе честно — полярность у эмоции есть…

— А если мы возьмем детский сад? Как правило, импульсивные дети выражают свое недовольство или возмущение в более ярких и эмоциональных формах, в результате чего и страдают сильнее. Кто сделает то же самое, что и они, но сделает это тихо, не привлекая всеобщего внимания, — и воспитатель отреагирует совсем по-другому …

— Начнем с того, что дошкольные группы сегодня переполнены, хотя ни один воспитатель с группой, в которой более двадцати человек, нормально работать не может. Сейчас у нас сложились такие социальные условия, в которых дети не могут построить нормальную систему субъектных отношений ни в дошкольном, ни в школьном коллективе.

Вы знаете, что такое холерик, который самозаводиться? Это тот, кто все делает быстрее всех, не важно как, но — быстрее. Такой ребенок просто не способна ждать. И если воспитательница, по доброте душевной, выпустит его раньше других хотя бы на три минуты — он за эти минуты успеет обежать по периметру сад, испачкаться, удариться и что-то натворить. В следующий раз она его уже от себя не отпустит. Это абсолютно неправильно. Такой ребенок, который заводится с полуоборота, вся жизнь куда влизатиме и нечто коитиме, но чтобы ее выходки не переросли в агрессию, нельзя допускать наказания ребенка за самовыражения. Лучше всего сделать его своим помощником и постоянно давать ей какие поручения, не забывая хвалить за проделанную работу. И хорошо, если в группе такой ребенок один, а если их пятеро? Тогда жизнь медом точно не покажется. И что делать в такой ситуации воспитателю, у которого еще есть меланхолик — весь как оголенный нерв ( «как бы чего не вышло»), и флегматик, сангвиник? Сегодня должен действовать личностно ориентированный подход, когда воспитатель и учитель не идут впереди, а идут рядом с маленькой личностью, у которой есть свои «могу, хочу и буду». Счастье, как говорила один ребенок, — это когда тебя понимают …

— Вы знаете, мне бы хотелось все-таки четко понять, с каким же знаком стоит агрессия …

— Само слово «агрессия» негативное, но мы не рассматриваем его само по себе? В зайца оторвали уши — это хорошо или плохо? Однозначно — плохо! Но это «плохо» всегда следует рассматривать в конкретной ситуации, в отношении конкретного ребенка, потому что бывают такие обстоятельства, когда оторванные уши — это даже хорошо. Ребенок не может не выплескивать энергию. «Плюс» может быть только в том случае, если малыш выразил таким образом свое отношение к чему-то, а я сумела понять и увидеть причины выплеснувшейся энергии.

Мышление большинства из нас устроено так, что палку о двух концах нам видеть неудобно. Именно поэтому мы смотрим на все детские «минусы» исключительно с тяпкой в руке, считая, что должны их неустанно искоренять. И забиваем детские чувства, глубоко затаптываем «холодный» полюс эмоциональной природы малыша. Мы с удовольствием принимаем участие в хороводе ярких и позитивных детских эмоций, но совсем не хотим воспринимать деструктивных переживаний и чувств, которые очень часто, вследствие плохого распознавания ребенком, набирают откровенно агрессивной формы. Части единого целого. И очень возможно, что у одного малыша они обнаружены ярче (а это означает, что ему следует быть особенно осторожным со своими эмоциональными всплесками), а у другого вообще не бывает «вулканических» состояний, и он искренне не понимает, зачем его другу п ‘ пятнадцатый раз разливать это молоко. Скажем себе честно: если нам нравится, когда темпераментный малыш придумывает себе игру — поцелуй маму пятьдесят раз — или когда он всю субботу висит на шее у любого папы, «помогая» ему во всем — от закручивания лампочек к раскручиванию системного блока, — то мы должны четко понимать: он способен и демонстративно выплеснуть молоко, и дерзко отбросить ложку, и даже оторвать в игрушечного Матроскина усы. И за это мы не должны навешивать на него ярлык тяжелой и невыносимой, в нашем понимании, ребенка. Просто это — ребенок, внутри которой течет очень полноводная и хорошая эмоциональная «река».