Венеция-61: незамеченный скандал

Венеция-61: незамеченный скандал Всякий солидный кинофестиваль — это достаточно жесткая иерархическая структура, в которой циркулирует символический и реальный капитал. Фестиваль — это прежде всего явление политическое, поскольку именно он осуществляет распределение на то, что является модным, престижным, а следовательно и прибыльным, и то, что вынуждено оставаться на маргинези кинематографического процесса.

Однако натуры более поэтические, безусловно, могут представлять кинофестиваль как гигантский ресторан, где потребляют мир в его образах. Лицо этого учреждения коллективного питания определяется шеф-поваром, богатством и изысканностью меню, качеством обслуживания. Если развивать эту гастрономическую метафору дальше, то мы увидим фестивале-столовые с мухами в супе, фестивале-генделыки, где только наливают, и фестивале-рестораны. Венецианский, безусловно, относится к последней категории — до наиболее гурманский и шикарных из них.

Шеф-повар, то есть директор фестиваля, в этом году новый и это назначение имело легкий налет скандала. Лишь два года проработал предыдущий директор Мориц де Гадельн, которого до этого «попросили» из «Берлинале», вместе с де Гадельном ушла почти вся его команда, поэтому Марко Мюллеру, ранее возглавлявший кинофестиваль в Локарно, приходилось работать в цейтноте и в каком-то смысле «с нуля». Сразу бросались в глаза — хотя, и преимущественно, декоративные — плоды его деятельности: от изменения контуров фестивальной резиденции, Дворца кино (его конструктивистский фасад прикрывал огромный экран, перед которым выстроилось 60 «Золотых львов» с именами режиссеров, этой награды удостаивались) до изменения контуров фестивального дня, продолжительность которого увеличилась на несколько часов, в том числе восстановлено ночные показы.

Так что для тех, кто не смог найти себе жилье на острове Лидо, где проходит фестиваль, вставала дилемма: смотреть кино (а в ночное время показывали преимущественно ретроспективную программу итальянских «Б»-фильмов 60-х — 80-х годов, мечта синефилив ) и ночевать под открытым небом, либо жертвовать кинематографическим солодийством ради перспективы хоть как-то восстановить силы.